Винсент не думал, что привыкнет к недавним чужакам. Он не был настолько увлечен окружающей действительностью и событиями в жизни все более разношерстной команды, как мог бы когда-то, но в то же время был не так равнодушен, как стоило бы тому, кто был здесь ради личных целей. Остатки чувств, сохранившиеся после долгого сна. В некотором роде они заключили сделку: Клауд рано или поздно приведет его к Ходжо, а Винсент будет полезен его команде в пути. Конечно, он не забыл о своей цели, но помогать этим людям было не тягостно. Будь это противостояние сотрудникам его бывшего работодателя или простая вылазка на охоту. Или правильнее называть это браконьерством? В любом случае ощущать себя частью чего-то было лучше, чем частью ничего, заполняющего один за другим дни, месяцы и годы, а точнее один неопределенный отрезок времени, прошедшего мимо.
Клауд шел на несколько шагов впереди. Винсент не стремился поравняться с ним или завязать разговор. Может, потому и не было возражений против его компании. Кажется, им обоим проще поставить перед собой задачу и выполнять ее без лишних слов. Сейчас этой  задачей был поиск дичи. Слух не улавливал ни треска веток, ни пения птиц. Может оказаться, что лес кишит монстрами, которые давно истребили всю прочую живность. Но возможно также и то, что не все из этих монстров ядовиты.
Размышления о насущном прервал Клауд, начавший вести себя странно. Что-то подобное было ожидаемо после случившегося на месте прежнего храма Древних. Но до сих пор оставалась надежда, что Сефирот не сможет присутствовать в чужом сознании постоянно, или даже ему для этого необходим зрительный контакт. Теперь придется отбросить этот вариант.
- Клауд,- Винсент не вкладывал в обращение вопроса. Он и так знал, что все не в порядке, равно как и знал, что происходит. Звук собственного имени должен был напомнить, какой реальности стоит держаться. Но с тем же успехом отвлекать Клауда от внутренней борьбы могло оказаться плохой идеей, а потому продолжения не последовало.
Сами с собой говорят либо привыкшие к одиночеству, либо сумасшедшие, либо одержимые. Клауд схватился за голову, будто надеясь выдавить из нее чужеродную сущность. Или пытаясь удержаться там сам. Винсент внешне бесстрастно ожидал окончания отчасти озвучиваемого, но в основном внутреннего диалога, не сводя с него глаз. И снова сочувствовал несколько больше, чем намерен был признавать. Происходящее было до боли знакомо. Он почти наяву почувствовал запах лаборатории, въевшийся в память, и каждую минуту своей «новой жизни» ощущал последствия того, что с ним сделали. А сейчас наблюдал отображение собственных чувств, испытанных тогда.
Спутники знали, что от него нужно держаться подальше, если в битве он призовет монстра. Винсенту удавалось сконцентрировать внимание только на врагах, но он не был уверен, что полностью контролирует себя в эти моменты. Недавно они получили предупреждение насчет другого члена группы.
На этот раз опасность миновала. Это определенно был снова Клауд, и он боялся кому-то навредить. У Винсента не было для него теплых утешающих слов, но, видимо, ему нужно было и не это. Скорее подтверждение, что кто-то будет контролировать его, пока он не может этого сам. Кто-то, кому он доверяет. Или просто тот, кто оказался рядом и кажется более способным сохранять рассудок. «Похоже, он в отчаянии»,- отметил бывший ТУРК.
- Я готов сделать то, что необходимо, чтобы никто не погиб,- Винсент ответил с привычным спокойствием. Он не стал говорить за всех, тем не менее, сам многое успел обдумать, пока Клауд был без сознания.- Но я намерен дать тебе больше времени, прежде чем прибегать к крайним мерам. Пока ты возвращаешься самим собой, не все потеряно. Ты достоин этого шанса. Больше, чем я.
Одинокие, сумасшедшие или одержимые люди иногда говорят сами с собой, озвучивая отдельные мысли. И даже оказавшись частью чего-то, порой проявляют эту привычку. 
- Я рассчитываю, что ты тоже сделаешь все возможное, чтобы справиться с этим.
Пожалуй, Винсента устраивали эти люди. Во всяком случае, ему не хотелось, чтобы состав команды менялся. Точно не так.

Отредактировано Vincent Valentine (2020-06-04 13:16:50)

Клауд говорил, высказывая, очевидно, то, что терзало его после того, как он очнулся. В такие моменты людям нужен кто-то, кто поддержит, придаст уверенности, а может, и направит по верному пути.
К сожалению, сейчас рядом был только Винсент. По крайней мере, слушать он умел. Мягко ступая, он прошел мимо Клауда, не пытаясь сократить дистанцию, и в свою очередь прислонился к дереву чуть дальше, сложив руки на груди. Смеяться он не собирался.
- Хорошо, что ты не планируешь уходить,- без выражения прокомментировал он.- Без тебя я бы не вернулся к остальным.
«Кто я? Как скоро сойду с ума? Не сошел ли уже?»- перед глазами как наяву возникли ненавистные стены. Винсент нахмурился, опуская голову и чувствуя взгляд спутника. Едва ли сейчас он мог позволить себе погружаться в воспоминания. Похоже, Клауд в самом деле спрашивал его совета. Действительно в отчаянии. Если только вопросы не были риторическими. Но Винсент давно не практиковался в распознавании таких тонкостей.
Главным вопросом, конечно, оставалось то, не навредит ли Клауд друзьям своим присутствием. Или тем, что, пребывая в таком состоянии, он может быть не так эффективен в борьбе, которую они вели. Они знали только то, что Айрис отправилась в Аджит, как и Сефирот. Была велика вероятность попросту не успеть.
- Не знаю,- честно ответил Винсент.- Но если не попытаешься, вероятно, будешь жалеть об этом до конца дней.
«Даже я буду жалеть»,- осознал он, недоверчиво прислушиваясь к себе. Он не слишком хорошо знал цветочницу, как  и остальных. Но тем не менее… его устраивала эта команда. И они противостояли Сефироту, который  мог и не вырасти злодеем, если бы не тот эксперимент еще до рождения, которому не сумел воспрепятствовать ТУРК Винсент Валентайн.
Раз он оказался рядом, так должно было случиться. Винсент вздохнул. Он остерегался говорить о себе, да и вообще много разговаривать со спутниками. Просто сопровождал их и делал то, чего требовала ситуация. Обычно выбор был прост. А сейчас он не мог помочь разобраться с проблемой своими боевыми навыками, как и не мог обойтись молчанием или несколькими короткими словами. Возможно, его уникальный опыт мог пригодиться этому потерявшемуся человеку. Это меньшее, что он мог сделать. По крайней мере, никто из остальных не выглядел тем, кто тоже проходил через это. Они непременно еще будут утешать своего лидера - так, как умеют люди.
В хорошей команде каждый делает то, что умеет. Винсент мысленно невесело хмыкнул. Сбои случаются, жизни это свойственно.
- Как насчет памяти? Я в подобной ситуации цеплялся за то время, когда еще знал ответ. Вспоминал того, кем был, и старался стать им снова, насколько смогу. Было непросто, но это устраивало меня больше, чем то, что происходило в настоящем,- он не вполне осознанно приподнял левую руку, раскрывая и снова соединяя в кулак металлические пальцы.- Я здесь, так что, видимо, это сработало.
Винсент не стал говорить, что у него было гораздо больше времени. И не было рядом людей, которых он подвергал бы опасности. Несправедливость жизни. Он опустил руку, снова переводя взгляд на собеседника.
- Если тебе нужен какой-то ответ прямо сейчас, ты – Клауд. У тебя есть люди, которые нуждаются в тебе. И есть цель. Просто думай о главном и продолжай идти. Ради них или назло тем, кто это с тобой сделал. Возможно, со временем ты узнаешь больше. Или это перестанет быть важным.
«Это был Ходжо?»- Винсент так и не задал этот вопрос, молча и пристально глядя на Клауда. В нынешних проблемах была виновата странная связь с Сефиротом, а значит, здесь должен быть замешан и тот, кто создавал его. Но Клауд будто не испытывал к Ходжо такой же ненависти, как другой его «эксперимент».

Отредактировано Vincent Valentine (2020-06-06 12:00:14)

Условия их сделки были удивительно неконкретными. Когда Винсент сможет совершить желанную месть? Насколько он согласен вмешиваться в происходящее с командой Клауда, и во все ли происходящее? Как ни странно, ощущалось правильным не обсуждать эти вопросы. Все шло своим чередом.
На этот раз Клауд мог услышать только тихий шорох – Винсент молча покачал головой за воротом плаща, снова соединяя руки на груди. Он уже озвучил единственный ответ, который мог дать, не имея возможности заглянуть в будущее. Ситуация не прояснится до самой развязки. Он мог бы, основываясь на своем опыте, заявить, что оставаться в стороне всегда хуже. Но ему это стало настолько ясно только потом, когда момент был давно упущен. И решение оставаться мертвым, принятое позже, добавило ему грехов, но до сих пор казалось в чем-то правильным. Даже нынешний уровень контроля над монстрами стоил немалых усилий. Только узнав и оценив все будущие перспективы, он мог подвергнуть риску тех невинных людей, которые оказались бы на его пути при попытках добраться до сына Лукреции. Если бы удалось остановить его, возможно, жертв в итоге было бы меньше.
Но все упомянутое не отменяет факта, что это другой случай. То, что Винсент и сам делил сознание с чужеродными сущностями, позволяло только отчасти представить положение вещей. Никто, кроме Клауда, не мог знать, на что может толкнуть его чужая воля, и насколько сложно противостоять этому. На нем явно проводились другие эксперименты: он выглядел вполне нормальным человеком, а вот его внутренняя суть была серьезно повреждена. С Винсентом все обстояло наоборот: он сохранил память и как минимум часть разума. Но все равно трудно было отделаться от ощущения, что он узнает почерк знакомого маньяка, мнящего себя ученым. Разрывать кого-то на части, заливаясь своим мерзким смехом и отпуская издевательские комментарии о том, что подопытному стоит быть благодарным за недоступные простым людям возможности – отчего-то он был уверен, что «великий профессор» продолжал творить нечто подобное все это время. В понимании Ходжо связь с результатом его «гениального» эксперимента, позволяющая служить ему, однозначно была привилегией. Винсент сжал зубы, не поднимая головы. Пока жив этот сумасшедший, он точно не вернется к привычному «ничего», которое малодушно принимал за покой. И он был уверен, что рано или поздно достигнет цели.
- Я – не тот, кто может помочь тебе с памятью,- наконец ответил Винсент. Голос оставался таким же ровным. Слушать ему по-прежнему не было сложно.- Это может сделать кто-то, кто тебя знает. И кому ты полностью доверяешь. Думаю, ты знаешь, к кому обратиться, если все же захочешь в этом разобраться. В твоем прошлом было нечто ужасное – это можно сказать наверняка.
Даже стремясь держаться в стороне от команды, он подмечал что-то о них и их взаимоотношениях. Не то чтобы это его интересовало, скорее просто работала всегда свойственная ему наблюдательность. У Тифы и Клауда, и, возможно, Айрис определенно была какая-то история. Касалась она в любом случае только их.
Винсент не собирался задавать вопросы сверх тех, о которых Клауд говорил сам. Как и был благодарен за отсутствие уточнений о своем собственном прошлом, которое он рискнул затронуть только что. Вероятно, Клауд помнил его реакцию на подобные вопросы. Похоже, с ним можно разговаривать.
- У тебя еще есть время решить, хочешь ты разобраться, кто ты на самом деле, или тебя устраивает быть тем Клаудом, который ты сейчас. Подумай, что нужно тебе больше. Выбор только твой.
Понять страх собеседника не составляло труда. Выбор предстоял сложный: правда о прошлом или то, что есть сейчас - как он подозревает, ложное. Возможно, то и другое сможет существовать одновременно, но существовала и опасность обратного. Клауд и сам это понимал.
По крайней мере, слова о цели сработали. Винсент считал, что просто сказал то, что было правильным сказать. Озвучил истину, но людям иногда это нужно. «Думай о главном, отбрось остальное» - вероятно, это умеют все ТУРКи. Или должны уметь.

Отредактировано Vincent Valentine (2020-06-18 08:29:56)