Несбывшиеся мечты прошлого - болезненные воспоминания и собственная слабость. Он уходил из Нибельгейма чтобы стать героем, а стал? Никем. Просто подопытной, лабораторной крысой в руках ученых Шин-ра. Оказался слишком слаб чтобы спасти свой дом, любимую девушку, друга. Разве такие как он вообще имеют права на жизнь?
«Мои мечты и надежды, оставь их себе. Помни о них.
Ведь ты, доказательство моего существования.»
Наказ друга, его последнее желание, его воля о которой он забыл. Собственное обещание прожить обе жизни. А что же в итоге? В итоге он взял и забыл, сам стал «Заком». Но, разве об этом просил его друг? Разве в это верил, передавая Бастер?
И Тифа, разве этого она ждала, в ту памятную ночь у колодца, в ночь, когда взяла с него обещание спасти ее.
«Мой герой придет и спасет меня.»
Вот только он не смог, ни спасти, не стать героем. Сил и способностей не хватило. Не стал ни героем, не спасителем, позволил Сефироту уничтожить все, отнять что так дорого сердцу.
И почему такой как он выжил, а тот, кто на самом деле герой, сейчас мертв. Спасая его даже после своей смерти. Его спасал Зак, спасала Тифа, а он никого. Он даже обещания и того сдержать не смог, ни одного обещания что так браво давал.
А он ли их давал? Тот ли он Клауд что ушел пять лет назад из Нибельгейма? Тот ли он Клауд что дал обещание Тифе?
Да, они собрали воедино его разбитую на осколки личность, Тифа собрала. Она смогла сделать то, чего не смог сам Страйф. Он просто сдался, опустил руки, он стал… Стал никем, вместо того чтобы бороться и защищать, у него снова не хватило сил и именно его слабость привела к тому, что темная материя в руках Сефирота. Его безволие привело к смерти Айрис, последний кто мог стать настоящей защитницей планеты.
Голубые глаза на мгновенье закрываются, переставая отражать свет вырвавшегося на поверхность Лайфстрима. Страйф опускается на ближайший камень и поднимает взгляд к усыпанному звездами небу, совсем как в ту памятную ночь. В ночь их с Тифой прощания и обещания. Быть может стоит просто уйти? Чтобы не создавать еще больше проблем. Еще там, в Аджите он говорил, что боится себя, у свою темную часть которую не понимает. Часть? Он не понимает теперь себя самого. А был ли он вообще? Или прав Ходжо и он просто неудачный эксперимент ученых Шин-ра? Быть может и небыли никакого Клауда Страйфа из Нибельгейма? Одно его существование большая ошибка, от него больше вреда чем пользы, шел по следам генерала чтобы остановить, а на самом деле просто взял и отдал ему материю, став причиной угрозы уничтожения целой планеты. Вся его жизнь сплошная ложь. Его чувства тоже ложь? Нет, вот в это верить отчаянно не хочется, его любовь к подруге детства, его желание чтобы она его заметила, все это не может быть ложью, даже если он сам с детства окружил себя ей. Врал всем что стал СОЛДАТом, как теперь смотреть в глаза тем, кто поверил ему? Как смотреть в глаза Тифе? Если он просто пустая марионетка, то почему так жжет в груди? Экс-пехотинец вновь прикрывает глаза. – "Что мне делать, Зак? Что я должен сейчас сделать?" – Немой вопрос, обращенный к потоку жизни, чуть склонившись, блондин касается его кончиками пальцев. Кто же он на самом деле? Клауд из Нибельгейма или неудачный клон Сефирота? Заслуживает ли он жизни что подарил ему Фейр? Стоит ли он внимания Тифы?
Порыв ветра откидывает со лба светлые пряди, а тонких губ касается болезненная усмешка. Он виноват во всем, он ошибка, не стоит искать оправданий тому, что совершил, оправданий нет. Смерть Айрис на его совести, потерянная материя тоже, и грозящий уничтожить землю метеор… Если бы его не было, то все бы было иначе, он и только он причина всех бед.

Отредактировано Сloud Strife (2020-05-11 20:41:18)

Можно ли назвать памятным тот день, когда понимаешь, что потерял все: дом, родителей, единственного друга, любимую девушку? День, когда осознание собственной слабости и беспомощности еще никогда так сильно не сжимало грудную клетку, пронзая ее сотнями осколков от разбившихся надежд, куда больнее чем катана сошедшего с ума генерала. Невыполненное обещание разрывало душу в клочья, пробуждая сотни мерзких, лысых кошек, что вонзали свои когти в то что еще оставалось от сознания того, кто носил имя Клауд Страйф, погружая мир во тьму, создавая персональный ад, пропитанный запахом крови, обжигающе горячий, словно языки пламени, спалившие дотла дом, острыми словно оружие Сефирота унесшие жизни самых дорогих и важных сердцу людей. В ту ночь он опоздал на две человеческие жизни, но постарался расплатится своей. Но, равноценна ли цена?
С того самого дня он словно блуждал в темноте, удушающей, давящей, грозящей однажды поглотить его окончательно, стереть, уничтожить то что еще от него осталось, пронзая болью каждую клеточку тела. Но эта темнота иногда рассеивалась, являя взору неестественно ярких, голубых глаз мир, и такую родную, теплую улыбку Тифы, позволяя ненадолго встретить взгляд любимых еще с детства глаз. И вновь сгущаясь, утягивая все глубже в бездну, где нет ни чего, где и от него скоро не останется и воспоминаний.
Но однажды эта темнота расселась, осыпалась звенящими осколками, принося с собой взгляд теплых, вишневых глаз, оставляя после себя только груз ошибок и боли, что теперь еще долго будет разрывать на части и без того покрытую ранами душу.
Экс-пехотинец невольно вздрагивает, стоит вокруг торса сомкнутся чужим рукам, он действительно жалок, не услышал приближения со спины, слишком погруженный в свои мысли, не удивительно что он всю жизнь везде опаздывал. Но, сейчас это была Тифа, а потом он подпустит так убийцу? Ладно если к себе, а если погибнет кто-то из тех, кто сейчас с ним рядом? С губ невольно слетает судорожный вздох. Дрожь подруги детства заставляет едва уловимо напрячься, пытаясь понять, что же вызвало такую реакцию? Она боится его? Прикоснувшись к самым потаенным уголкам его души, там, в потоке жизни. А быть может ненавидит, ведь он всего лишь неудачник и лжец, лабораторный образец, лишенный номера. Клауд делает шаг назад, стоит воительнице потянуть его на себя и завороженно вслушивается в тихие слова, эта оглушающая искренность, исцеляет и сжигает одновременно.
- Я не успел… - Шепчет блондин, прикрывая глаза, вновь, словно физически ощущая теплую кровь Тифы на своих руках. Вздрагивая совершенно теряясь, Тифа считает его героем? Его, человека что не сдержал обещания, что пропал на долгих пять лет, а потом вернулся, окружив себя ложью? С ресниц срываются несколько прозрачных капель, растворяясь подобно утреннему туману. Страйф замирает, осторожно касаясь ладонью обманчиво хрупких ладоней шатенки сжимая осторожно и бережно. - Спасибо. – Шепотом срывается с губ, искренняя благодарность что кажется тонет в едва слышном плеске потока жизни, слабый, зеленоватый свет отражается в голубых глазах. Признание возлюбленной на время смягчает, притупляет боль и чувство вины что терзают его душу, словно срывая с груди оковы и позволяя сделать глубокий вдох. – Я тоже люблю тебя, Тифа. – Сжимающие ладони рука дрогнула, словно в попытке сжаться сильнее, чтобы уж никогда и ни за что е отпускать. – Я хотел стать сильнее, чтобы быть с тобой, чтобы защищать тебя, чтобы больше никогда не выпустить у обрыва твоей руки. – Губ касается горькая усмешка и Клауд прикрывает глаза. – Но я не смог, я всего лишь неудачник… Достоин ли я твоей любви? Жизни что подарил мне Зак? – Вопросы против воли срываются с губ, голос срывается на едва уловимый, пропитанный болью шепот. А сможет ли он защитить или же, опоздает вновь? – Я не тот, за кем все должны идти…