После завтрака и короткого брифинга в номере – требовалось обсудить, на какой стадии находится инициированная две недели назад проверка, и что уже удалось обнаружить – Ценг вышел из гостиницы. Микроавтобус с проверяющими, петляя между небрежно припаркованными машинами, плавно выруливал к выезду на шоссе. Вутаец проследил за ним взглядом, прикуривая очередную сигарету. За ним должны были подъехать немного позже. На телефон по-прежнему сыпалась одна реклама, и Ценг начал беспокоиться за Шотган. Она, конечно, большая девочка, и может сама о себе позаботиться, но в жизни бывает всякое.
Выезд перегораживал шлагбаум, разделявший частную территорию – парковку отеля – от общественной. Чёрный внедорожник, сверкая натёртыми воском боками, попытался проехать на территорию отеля до того, как микроавтобус миновал шлагбаум, и две машины предсказуемо заперли друг друга. Никто не хотел уступать; до ушей вутайца доносились многоуровневые словесные конструкции, чётко и конкретно указующие места конкурирующих сторон в экосистеме, пищевой цепочке и жопе мира. Понаблюдав с минуту это великолепие, Ценг выбросил окурок и медленным шагом пересёк расстояние, отделявшее подъезд отеля от шлагбаума. Внедорожник ещё не пересёк условную линию, отделявшую муниципальную собственность от частной – правое переднее колесо стояло точно на бордюрном камне, и машина раскачивалась от любого резкого движения.
Немного полюбовавшись раскрасневшимся от праведного негодования Хайвиндом, Турк осторожно приоткрыл заднюю дверь и уложил на сиденье бриф-кейс с ноутбуком и документами. Потом так же осторожно открыл переднюю и забрался на пассажирское место.
- Доброе утро, Сид, - поздоровался он.
Хайвинд ответил автоматически, не задумываясь. То, что в его машине находится ещё один человек, он понял через несколько минут и хрипло выругался.
- Я тоже рад тебя видеть. Сдай назад: ты мешаешь проехать аудиторам.
Мнение руководителя космодрома «Западный» о тех, кто проверяет его организацию и о тех, кто их, таких дотошных, сюда направил, выражалось в основном непечатной лексикой; из печатной оставались разве что союзы и предлоги. Вутаец улыбался кончиками губ: точка зрения Хайвинда на деятельность компании Шин-Ра и её работников не менялась лет пятнадцать, и уже давно стала общим местом. Было бы странно, если бы его взгляды изменились и стали более лояльными, чем текущее «вы мне ресурсы, я вам – космос».
- Сид, эти люди здесь, чтобы помочь тебе.
- Ну да, как же.
Ценг потянулся назад, к кейсу, открыл его и достал лежащий сверху файл с распечатками, протянул Сиду:
- Ты не знал этого, но последние полгода наш аудиторский отдел занимался всеми финансовыми делами, так или иначе связанными с космодромом. И установил безобразно огромное воровство всего. Что на официально открытой первой очереди, что на строящейся второй.
- Тоже мне новость. Здесь воровали, воруют и будут воровать. Что вскрыли-то? Тройной круг подставных фирмочек вокруг каждого заказа? Двойную переплату по каждому счёту? Так это было, есть и будет. А что на первой везде недостройки и недоделки – знаете?
- Знаем. А кто козёл отпущения за всю эту красоту, догадываешься?
Сид промолчал.
- Правильно догадываешься, - Ценг истолковал его молчание как знак согласия. – Подпись на всех документах твоя, ты здесь наиглавнейший начальник. И пофиг, что по факту ты на большинстве проектов всего лишь свадебный генерал. Отвечать за чужие косяки, чужую жадность и глупость придётся тебе.
Внедорожник подался назад, освобождая проезд.
- Спасибо. С аудиторами встретимся позже. А сейчас давай на вторую очередь.
Хайвинд мрачно вздохнул, выжидая, пока автобус выедет на дорогу, и молча последовал за ним по улице.
Новый Рокет-таун ещё не дорос до размеров города. Название ему было дано на вырост, как и полномочия Сиду. Не мог Рокет похвастаться и разнообразием архитектуры: разномастные на первый взгляд строения оказались однообразными сборно-щитовыми бараками, раскрашенные как Богиня на душу положит. Ценг подозревал, что дело было в таланте сборщиков работать и бухать одновременно. Указатели, видимо, ставили те же люди – увидев барак незабываемой вырвиглазной расцветки по второму кругу, вутаец спросил у Сида, приходилось ли ему работать в Мидгаре таксистом. Хайвинд ушёл в глухой отказ, чем усилил подозрения Турка.
- Продолжишь возить меня кругами – я вытащу тебя из-за руля, свяжу и уложу назад, под сиденье, - сказал Ценг. – Ни одна карта ещё не врала так, как ты сегодня.
- Ну, попробуй, - упёрся Сид. – Я ж не маленький, понимаю, для чего людей в пустоши вывозят. Буду сопротивляться.
Ценг приподнял бровь. Хайвинд что, думает – его прислали сюда для того, чтобы разобраться с Сидом и похоронить останки?
- Сид, ты тормоз. Чтобы зарыть человека, хватит и новичка. Думаешь, я разбираться с тобой приехал? Кто тебе такое сказал?
- Да какая теперь разница? – Сид снова завёл движок и вырулил куда-то на боковую улицу. – А для чего ты, кстати, приехал?
- Обсудить с тобой размеры дыр, через которые утекают деньги Шинры, - машину тряхнуло, и Ценг был вынужден ухватиться рукой за скобу над дверью. – И предложить слить тех, кто пытается закопать тебя.
- Ну ты даёшь.
Улица кончилась, дорога превратилась в направление, и Сид прибавил газу, двигаясь в одну ему известную точку. Из-под колёс внедорожника летела пыль и мелкие камни, машину подкидывало на ухабах. Внутри нещадно трясло, избежать удара головой о потолок салона можно было, только вовремя пригнувшись. Гонка по буеракам продолжалась минут десять, и закончилась так же внезапно, как и началась. Хайвинд ударил по тормозам, внедорожник занесло и он опасно накренился, врезавшись носом в земляной отвал. Ценг опасливо взглянул на панели, за которыми должны были скрываться воздушные подушки – после такого маневра они должны были сработать.
- Их там нет, - бросил Сид, открывая дверь. – Вылезай.
Чтобы оказаться на земле, вутайцу пришлось спрыгивать с подножки, задравшейся на высоту полутора метров. Вслед за Сидом он поднялся на гребень отвала и проследил своим взглядом за взглядом Хайвинда.
Ничего, что напоминало бы стройку, или, тем более, готовые объекты. Больше всего это напоминало центр Мидгара после того, как там потопталась Омега.
- Могу бинокль одолжить, - голос Хайвинда был глух и безнадёжен. – Но картину это не изменит.
- Много вывели?
- Твои копатели скажут, сколько именно. – Он тяжело вздохнул и всё же ответил на вопрос вутайца. – Дохуя. И везде моя подпись. Везде у меня стопочка акций или бенефиция. Короче, все зацепки ведут ко мне. Ссуки, - с чувством произнёс он. – Вот, блядь, мало мне было приключений в жизни. Хотел только на старость заработать.